Друзья, заранее прошу прощения,-
Быть может, и не время вспоминать,
А я вот вспомнил,
Вспомнил все мгновенно:
Деревню нашу, дом, отца и мать.
Отец и мать мне часто говорили:
-Сыночек милый, к Богу обратись!
И ежедневно обо мне молились,
Но я любил совсем другую жизнь…
Вино, друзья и сотни развлечений
Мне ослепили сердце и глаза.
И, ослепленный, с диким наслажденьем
Смотрел я в рюмку, а не в небеса…
Молитвы для меня страшнее яда были
О Боге я и думать не хотел.
Летели дни…Я жили в грязи и пыли.
И думал я, что это мой удел.
Мне не забыть, наверное, вовеки
Тот страшный день:
Отец мой умирал.
Из материнских глаз слёз вытекали реки.
А я стоял хмельной и… хохотал:
-Ну где же Бог твой?
Что ж он не спасает?
Он исцелитель!
Что ж ты не встаёшь?
Без Бога люди тоже умирают.
И ты, отец, как все, в земле сгниёшь.
Он улыбнулся и сказал сердечно:
-Я жив ещё,
А ты, сынок, мертвец!..
Но мертвым ты не будешь вечно
И вскоре воскресит тебя Творец!
Отца похоронили…Мать молилась,
Втройне молилась о душе моей.
Потоки слёз, что обо мне пролились
Я буду помнить до скончанья дней…
Ну, а тогда я думал по- другому.
Была противней мать мне с каждым днём.
И вот однажды я ушёл из дома,
Глубокой ночью, словно вор, тайком…
Тогда кричал я:
-Вот я на свободе!
Теперь я волен в мыслях и делах.
Тогда не знал, что жизнь – это болото:
Ступил на кочку и…увяз в грехах…
И жизнь меня, как щепку, закружила
В водовороте суеты и зла…
Сначала хорошо кружиться было.
Но вскоре заболела голова.
И вскоре стал ужасной, страшной мукой
Мне каждый круг и каждый оборот.
Я волю напрягал, ум
И до боли руки.
Но жизнь - водоворот, водоворот…
Друзья…О лживое обманчивое слово,
Водоворота самый первый круг.
Но если б жизнь моя могла начаться снова
Со мною б был единственный и лучший друг…
Круг развлечений в золото одетый
Меня своим сияньем ослепил.
Я был слепцом, не видел рядом света
И в страшном мраке по теченью плыл…
Вино- источник зла и тысячи лишений-
Приятный круг!
О! Сколько он сгубил!..
Но есть источник счастья и спасенья…
Не пил я из него…
Я из бутылки пил…
Но кто же мог спасти меня от смерти,
От всех грехов, влекущих так на дно.
Не человек?…
Не человек! Поверьте…
Ответьте, кто же?!!
Ну, ответьте, кто?!!
Метался я , не находя ответа.
Но вот однажды летом, в сильный дождь
На улице я друга детства встретил.
Увидев земляка, почувствовал я дрожь…
Предстал передо мною милый образ:
Глаза печальные и мокрые всегда…
Забилось сердце, задрожал мой голос
И вырвались безумные слова:
-Ну, как там мать?
Меня хоть вспоминает?
Наверное, давно уж прокляла?
Хотел заехать, да все время не хватает,
Сам понимаешь: то работа, то дела…
-Дела, работа…
Помолчал бы лучше!
Дела твои не трудно угадать.
Я расскажу! Ты только сердцем слушай
Про то, как «позабыла» тебя мать.
Когда сбежал ты, мать твоя от горя
Вся поседела , ведь тобой жила.
И каждый день, в любую непогоду,
Шла на распутье и тебя ждала…
Его слова стремительным порывом
С души сорвали равнодушье враз.
Я задрожал
И прошептал пугливо:
-Что с ней, скажи?
Она ещё жива сейчас?
-Сейчас… не знаю…
Уезжал - дышала…
В её бреду услышал я слова:
«Сыночек, милый, ты пришёл? Я знала…»
А ты… Работа, говоришь, дела!…
Я побежал, подстёгнутый, как плетью,
Одним желаньем жгучим, как огнём,-
Увидеть мать,
Не опоздать,
Успеть бы!..
Успеть пред ней раскаяться во всем…
Вокзал и поезд…
И одно лишь слово
В висках стучало молота сильней.
Хотел не думать, но напрасно.
Снова
Я думал лишь одно:
- Скорей!..Скорей!..Скорей!…
Вот поезд встал .
Я вышел.
От волненья
Меня трясло и что-то жгло в груди.
Я в ночь шагнул
Дрожащей, страшной тенью
От пламени , горевшего внутри…
Знакомая дорога и деревня.
Но только незнакомый сердца стук.
Вот кладбище…За кладбищем — деревня…
Могилы…
Тут отца я вспомнил вдруг…
и ноги как- то сами повернули
И в тишине, зашелестев листвой,
Меня к его могиле потянули
Заросшей и заброшенной тропой.
Я шел, до боли напрягая зренье.
Знакомая березка…
Значит, здесь…
Впервые в жизни встал я на колени,
Обжег щеку…
холодный мокрый крест…
-Отец, прости бездумную ошибку!
Ты прав!
Ты жив!
Я слышу шёпот губ.
Стоишь ты предо мной , твоя улыбка.
А я – зловонный, сгнивший труп.
Но я заботой и любовью к маме
Сотру все прошлое, клянусь тебе.
И ты, мой папа, будешь в сердце с нами…
А если….
Если… мать уже в земле?..
И сердце снова бешено забилось.
Я огляделся.
Тьма…ни зги кругом…
И вдруг… луна…
Окрестность осветилась…
И я увидел рядом свежий холм…
Да, лишь луна и звёзды только знают,
Как я со стоном на могилу пал.
И мамин холмик, обнимал, рыдая.
И землю по - сыновьи целовал.
-Ты слышишь, мамочка?
Прости меня, родная!
Не надо, не молчи, открой уста!
Давай молиться вместе, дорогая,
Встань, мама!
Слышишь!
Умоляю, встань!
Но холм молчал, дыша могильным тленьем.
Кругом - ни звука,
Словно мир уснул.
И вдруг я вспомнил, кто мне даст прощенье.
И с воплем к небу руки протянул.
И эта ночь последней стала ночью
В моей безбожной жизненной ночи.
Она открыла мне слепые очи,
И я увидел новый, божий мир.
С тех пор живу я с Господом Иисусом.
Моя в нём радость, счастье, чистота.
И никому сказать не побоюсь я,
Что я не мыслю жизни без Христа!
Когда я вижу пред собой картину,
Заплаканную, сгорбленную мать,
А рядом - гордого напыщенного сына,
От всей души мне хочется сказать:
-Вы, матери, имеющие сына,
Прострите ваши руки к небесам
И верьте, что молитвы ваши в силах
Творить и после смерти чудеса!..
Вы, сыновья, забывшие о боге,
Взгляните на молящуюся мать
И встаньте рядом, чтоб в своей дороге
Вам эти слезы не пришлось пожать!
